Так как сама я сейчас не в состоянии придумать темы для бесед с вами, дорогие мои уснувшие читатели журнала АХ, воспользуюсь, пожалуй, подсказоньками.
Вопросы от Юли gustepa, повелительницы таинственных зверей. Ответы - мои.

1. у тебя было прозвище в школе?
Интересно, у кого-то не было? меня называли, естественно, дылда, телебашня и даже секвойя, интеллектуальные дети потому что, будущие лицеисты. Ну, еще Лык-лык и Лыкашка.

2. если бы твой муж сказал - у меня похоже депрессия, я хочу пойти к психиатру, как бы ты отреагировала?
Посоветовала бы ему проверенного психиатра. Не пускать же его к шарлатанам!

3. представь, что ты находишься в компании друзей, и говоришь про кого-то отсутствующего "как же он(а) меня достал(а)". а потом оказывается, что этот человек стоял у тебя за спиной. как бы ты поступила?
"Вася! Я как раз рассказывала ребятам, как ты меня достал!"

4. а если бы ты была на месте этого человека?
"Ребята! Я всегда знала, что вы меня очень любите!"

5. какая память о человеке тебе важнее - воспоминания-ощущения, которые хранятся только у тебя в голове, или какие-то вещи, которые тебе об этом человеке напоминают?
не знаю, что ответить. для меня сами человеки важнее памяти о них.

Шли с Лерой по пустому пляжу, когда две пигалицы лет восьми или десяти окрикнули нас: "Девчонки! Смотрите!". Показали белого кролика с красными глазами.
Мы ужасно обрадовались такому фамильярному обращению.

На фото, по мысли АС, я какбэ говорю:

"Вы покупаете этот завод, и уже будем вести переговоры далее"



да, я такой, еее.

(а на бэке какой-то упырь делает гимнастику))

Стоило бросить курить, и стало непонятно, что делать в те моменты, когда ты, собственнно, курил. На что их потратить?
При условии, что есть тебе тоже противно.

Открыла Саймака на той забытой фразе, что так нравилась в детстве:
И вы думаете, с нами происходит то же самое? - поинтересовался я.
Разумеется, - ответил он. - Хотя и совсем иначе.

С понедельника я больше не работаю в Сарафане - поэтому те, кто имеет какие-то вопросы ко мне в связи с журналом, должны теперь обращаться к другим представителям редакции.
Оказалось, у нас с новым директором разные приоритеты: я хотела, чтобы мне не мешали работать и делать журнал еще лучше, для него же главное - чтобы все маршировали строем.
Если коротко, то вот.
Да! Я сама. В кризис. Ушла. Из единственного еще не сдохшего журнала. Теперь мне немного страшно, но очень весело.

брезжит иногда ниточка хоть какого-то смысла, тонкая леска удочки, на которую пытаешься поймать ускользающее: хрена ли я тут делаю? да просто все. живи. посуду мой. готовь еду, собирай мяту к чаю, осенью лисички закатывай. пиши, читай, а лучше - сначала читай, а потом пиши. работай головой и руками. танцуй. и прекрати наконец юзать повелительное наклонение и грызть заусенцы. и то и другое взрослому человеку не пристало.
piskaich

Задание для иллюстратора
1) Герой заходит в кафе или другое публичное место и осматривает пространство.

Я с удовольствием была бы колумнистом "ни о чем": вышел из дома, был ветер, как писал сартр, так говорил заратустра, на дороге лежит скелет собаки - недавно он был просто трупом и оттого сильно вонял. Акын, поэт-импровизатор. Но никто не приглашает, небесные темы не удаются, разве что "давай о душевных кишках: ты боишься, что меня не станет, ты будешь плакать, если я умру?". Многословных не любят.
Когда доходит до дела, понимаешь, что писать не о чем. Все просто - ты всегда говоришь с конкретным человеком, и хорошо, если миллион остальных слушателей тоже все поймет. В аудитории выбирай одного и рассказывай ему, смотри на него, пусть он тебе кивает: один из способов не наложить в штаны во время публичного выступления. Хаха, я боролась с этим страхом, записываясь на все выступления подряд, рассказывала о легитимности, лоббировании, синтаксисе, гитлере, но вот ты, ты здесь, и я - трус, язык завязан узлом, глаза потупились. Носок ботинка ковыряет землю.
Главное, никто не видит.

Разговор.

М.: В "Друзьях" чуваку говорят: "Ты превращаешься в женщину", и он отвечает: "Почему это? Дело ведь не в том, ЧТО ты сказал, а в том, КАК ты сказал!... О, боже.... Я превращаюсь в женщину!" Но, видимо, надо делать скидку на то, что ты и без того женщина.
Я: Да. Мы как-то забываем об этом.

( редакторы сарафана изображают парней с раёна )

больше мне нечем потешить публику, правда

мой бывший муж и ныне добрый друг Алексей хорошо поет, как всегда
клип, в свою очередь, назван мною "Ужас эпилептика" и оценке не подлежит.
ом.

Дле тех, кто не читал. В гениальном романе Маргарет Митчелл "Унесенные ветром" есть эпизод, когда Скарлетт жалуется своему третьему мужу: она боится попасть в ад за то, что уморила двух своих предыдущих мужей. Батлер, смеясь, ее утешает: ад - на земле, и не о чем беспокоиться. "После смерти ничего нет, Скарлетт. Вы сейчас живете в аду"
Эту гениальную в своей простоте мысль я осознала лет в двенадцать - и тоже перестала волноваться о возмездии. Его нет, нет - более того, его не бывает, как бы нам не хотелось, чтобы обидчик осознал и искупил, этого не происходит. Иные совпадения случайны.
На волжском берегу - мертвые и не очень змеи, ведут какую-то свою, независимую жизнь, шипят и ползают между кустами и камнями. В саду ящерицы поедают клубнику, большие зеленые жуки наворачивают ирисы, а маки облетают сами по себе, без чьего-либо участия. В перекрытиях между первым и вторым этажами моего скромного особняка поселилось животное с пушистым хвостом - оно ворчит, топает и убивает птиц: их предсмертные крики скрашивают наше вечернее ленивое лежание. Животное однажды удалось застать, и мы, двигаясь в полной темноте с фонарем, пытались не пустить его обратно: "потому что мы здесь живем, а не ты, слышишь?" - оно долго пыхтело и угрожало нам с соседнего участка, а потом просто обмануло нас, обошло дом и скрылось в своей укромной норе. Всю ночь с потолка мы слушали ругань и ворчание.
АС говорит: "Я уже стал бессмертным - змеи, пауки, хорьки и комары, они больше мне не страшны". То ли еще будет с нами.

неужели никому не нужен автор, который может всё?.. вы что, с ума сошли?

хочется в воду

Наша с АС работа состоит в том, чтобы обманывать людей, или, говоря громче, ( давать людям иллюзии )